Марсель

Наверху

Иногда кажется, что еще чуть-чуть и ты прорвешься...., а потом ты снова падаешь..., падаешь..., падаешь! Хочется верить, что где-то на другой планете, в другой вселенной все произошло иначе... Я гораздо счастливее, гораздо сильнее, гораздо. Но каждый день приходится просыпать и возвращаться в этот мир, в свою жизнь. И снова претворяться, что все так, как должно быть.
Я просто хочу, чтобы внутри перестало все так рваться, чтобы было спокойно, чтобы улыбки были не фальшивыми, а смех естественен.

В июне мой друг женится. Он встретил чудесную девушку, которая его очень любит, а он ее. А ведь несколько лет назад он сидел на моей кухне и пытался стать частью моей души. Но я не могла. Я не любила его. Я не хотела его. Я была где-то на самой верхотуре счастья. И я ласково смотрела на него, пытаясь утешить. Но теперь я буду той, кто внизу... Буду смотреть, как он женится, ведь мои слова оказались правдой. Он нашел... А я найду? Ведь остается только верить, что однажды кто-то возьмет меня на руки и снова вознесет к самой вершине счастья....
Марсель

(no subject)

Дитя спит... Сплю и я..., и мне снится сон о том, чего нет, о том, чего не было....

Придумать себе счастье, так легко, оказывается. Нарисовать безупречный мир, где все прекрасно и до жути идеально. Но краски поблекли, мир посерел, а ты, Девочка, ты это видишь? Или ты опять зажмурилась и мотаешь головой? Не хочешь видеть? Не хочешь услышать? Ну, ну... Тебе же не 8. Ну открой же свои прекрасные глазки! Я прошу тебя... Прошу... Ну не надо, не плачь. Улыбнись. Видишь, все не так плохо... Просто сейчас чуть грустно, чуть нелепо, чуть больно. А завтра, будет завтра...

Девочка открыла глаза и огляделась и злобно посмотрела на меня...
Знаю, знаю, здесь неуютно... А что ты хотела? Чтобы сразу "щелк" и чистый лист? Так не бывает... Но и с этим можно жить, можно работать, можно терпеть... Можно все и ничего однавременно. С чистыми листами всегда так. Девочка, но ты не грусти и не сердись. Где-то там, далеко-далеко, спит крепким сном твое будущее... Но оно обязательно проснется и придет к тебе, и собьет тебя с ног.. А может даже вытрясет из тебя немного твоей девочкиной дури.. Хотя нет, не стоит...

Ты мог бы мне снится и реже,
Ведь часто встречаемся мы,
Но грустен, взволнован и нежен
Ты только в святилище тьмы.
И слаще хвалы серафима
Мне губ твоих милая лесть...
О, там ты не путаешь имя
Мое. Не вздыхаешь, как здесь.

А.А.
Марсель

(no subject)

Быть чем-то прекрасным..., неуловимо тонким... Когда-то давно я была молодой зеленой и 20летней.. Я верила в чистую любовь! Верила в то что дружба может быть безвозмездной, что счастье, как облако, пушистое и съедобное. А потом вдруг пришел дождь и смыл мои мечты с лица земли. И я - среди этого дождя - осталась такой, какая я есть - карие глаза, ямочки на щеках, родинка, которую видели лишь те, кого я допустила... И именно та я, которую любили, которую считали непомерно сексуальной, та я, которая никак не могла найти связь между собою сильной и той, которая расстилается, та я - где-то там..., радуется жизни, наслаждается вечерами с любимым мужем, любит себя - во всех смыслах этого слова - и это та женщина, которая не имеет ничего общего с тем, что есть сейчас!

Эта женщина - жестока. Эта женщина - сука! И вы не найдете в ней ничего светлого! Не пытайтесь! Она не любит ни кого! Она не чувствует ничего! Она непомерно сильна, и до ужаса неприятна!

И когда в ней что- нибудь шевельнется... Когда она, наконец, откроет глаза... Когда она станет прежней... Жди, Саша, жди....
Марсель

(no subject)

Вот это - тот самый конец, когда больше ничего не остается. Ни любви, ни преданости, ни уважения. Когда желание сбежать - оно сильнее, чем тело, которое тебя всегда влекло. Может я чего-то не смыслю в жизни. А может я тот самый червячок, которого все презирают, за то, что он такой склизкий и противный. С ним рядом плохо, и ты чувствуешь себя неполным.
А ведь еще час назад я была звездой и королевой, как называл меня Петя. А теперь я лишь жалкое подобие того, что могло быть сильным.
Ведь когда женщина при полном параде, та женщина, которую ТЫ любил: с охренным нижним бельем, со всеми своими навыками в сексе, со всей страстью и любовью, говорит: "останься" -, а ты, словно камень - это конец? Тот самый, который пришел к тебе месяц спустя..., постучался в твою дверь и сказал:" здорово, дура, не ждала меня?! А я тут!"
И ты сидишь со своим несчастным пивом и никому не нужной любовью и опять пытаешься понять:"ну где, где, твою мать, ты снова ошиблась?"
Марсель

Понедельничное благоухание

Один пакистанец мне однажды сказал, вернее процитировал: "Ты должна быть цветком, который благоухает даже для тех рук, что сорвали его!"
А сейчас я сижу и думаю, ну что за херня! Почему должна? Почему цветком?

Почему я что-то кому-то должна??? Нет, конечно, наверно я должна родителям за то, что они вырастили меня, поставили на ноги, научили смотреть на этот мир с неким бесстрашием, и я еще должна своей дочери, ведь мы безмерно любим друг друга... Но почему, черт возьми, для тех рук? Эти руки вырвали меня из земли, понюхали, скриви рожу и бросили на пыльную дорогу умирать... За что я им должна быть благодарна? За слезы, за унижение, за боль, за разбитое сердце...

И эта злость - она внутри меня, бурлит, и пытается прорваться наружу... А потом вдруг все затихает... В квартире тихо, только слышно в радионяне, как сладко сопит мой ребенок! быть сильной иногда так невыносимо тяжело... Иногда хочется снова забраться в эту скорлупу жалости к самой себе, и пусть стучат и кричат, чтобы я выбиралась оттуда! Но мне нельзя... Я же должна благоухать...

И так мерзко, так противно, так невыносимо...пусто.. А счастливая я где-то там, смеется надо мной..., но это лучше, чем бледное серое существо, которое взобралось на подоконник и заглянуло в бездну!

И теперь я понимаю, что сегодняшняя я может и есть самая удачная вариация на такие случаи жизни. Чтобы просыпаться по утрам, готовить дочери кашу и отвечать на дежурное "ну как вы там?"

Блядь, как же иногда хочется разбить телефон об стену!
Марсель

Виски

Я сейчас понимаю, что какое-то безумие творится вокруг меня.
1 января я себя потеряла и перестала верить в бога... А потом, одно за другим. То какая-то мелочь, ручка от двери в ванную отвалилась, подошва на валенках потрескалась, а на улице уже - 20, комп приказал долго жить..., а потом..., потом умер мой дядя, которого я не видела 2 года... Потом были похороны: маленькая деревяная церковь, ужасный холод на кладбище, пара стопок коньяка на кухне у моего брата... Потом поминки на Петровке 25. И я пила старку, болтала с тетей Галей, признавалась в любви своему брату, с котором никогда ни о чем серьезном или важном не говорила, за всю свою жизнь, ездила на квартиру своей бабушки..., и целовала ооочень женатого мальчика...
И мне однавременно и стыдно, и больно, и хорошо... Потому что я чувствую себя той, которая была 8 лет назад. Той что валялась в траве, той, что любила море, той, что слушала ветер. Девочкой с большой буквы "Д".

Той, которая помнит тебя... Того тебя - 8 лет назад. Той, которая пьет сегодня виски, и чувствует себя живой, хотя бы сегодня!
Марсель

Можно...

С разбитым сердцем можно
жить!
Смеяться, завтраки готовить,
С ребенком суффиксы учить
И в тихом месте дачу строить.
С разбитым сердцем можно
жить
И флиртовать, слегка смущаясь,
В театры иногда ходить,
Игрой актеров восхищаясь.
С разбитым сердцем можно
жить,
Любуясь в зеркало собою.
И с лучшим другом водку пить,
И плакать над его судьбою.
С разбитым сердцем можно
жить
И делать по утрам зарядку.
И на работу приходить,
Карьеру строя по порядку.
С разбитым сердцем можно
жить,
О летнем отпуске мечтая.
А по ночам одной курить,
В груди осколки собирая...
Марсель

Момент

...проходит время, и наступает вдруг момент, когда ты отбрасываешь и эмоции и начинаешь, по-настоящему, вглядываться в свою жизнь: отношения, ссоры, ругань, примирения, слезы и разачарования и пр. - и, наконец, выдыхаешь.

Мне до сих пор больно. Иногда мне просто трудно вставать по утрам. Но мозг начинает работать. И тот мир, в котором ты жила раньше, он становится все призрачней. Когда тебя предают, ты должен становится сильнее, иначе ты не справишься.

Так и я учусь быть сильнее, разумнее и мудрее. В первую очередь, для самой себя.
Марсель

То время...

Когда моя дочь засыпает, я остаюсь одна, наедине со своими мыслями и страхами... А что если...
Моей маме 58 лет. Когда отец ушел от нас, она превратилась..., даже страшно вспоминать. Нет, внешне все было нормально. Она занималась нашим воспитанием, работала, готовила и стирала, но что-то страшное я читала в ее глазах. В 40 лет - она перестала жить. И не жила в течении 10 лет. Сейчас уже все хорошо. Она нашла себя заново в друзьях, в работе, в нас - своих детях, в путешествиях. Но так и осталась одна. Когда я была маленькой 12летней девочкой, я почти каждую ночь молилась, чтобы такая судьба минула меня. Я гобещала Богу, что буду хорошо учиться, буду слушаться маму, буду доброй к людям. А потом я выросла и мне было уже не до обещаний. В 18 лет..., какие там обещания.. Тусовки, мальчики и свобода от указаний родителей. И я совершала много ошибок..., очень много...

А потом появился он... И я поняла, что это моя судьба. Мой мир. И я принялась доказывать, что достойна его любви. И я пыталась доказывать это все последующие годы...

А теперь, когда моя дочь засыпает, а я остаюсь одна, я вспоминаю себя 12летнюю, пустые мамины глаза, свои детские бессвязные молитвы, и думаю о том, что 10 лет..., это очень долгий срок...
Марсель

еще один день...

Вещей становится все меньше, пустоты в сердце - все больше. Иногда мне становится интересно, как я умудряюсь не замечать конца? И так со мной было всегда. Я вижу счастье, я чувствую боль, но когда кого-то припирает, я как будто закрываю глаза и оказываюсь в другом месте. Блин, ну мне уже не 18! Должна же я, наконец-то, помудреть?

Хотя боль, так же как и любовь, уже что-то эфемерное. Иногда соскальзываю и падаю в пустоту, но, по большей части, мне просто никак. Только дочь вызывает эмоции...
А вчера перед сном она звала его... Так горька плакала. Каждая слеза, как ножом....

И я не понимаю, как можно от нее уйти? как можно просыпаться каждое утро и не видеть ее?
я бы не смогла..., но на то мы и бабы-дуры, наверно...